Боудри указал на Йорка.

- Мне он кажется приличным юношей, в самый раз для вашей девушки. К тому же, - добавил Чик, - он наверняка приложит все силы для того, чтобы защитить ее.

Мэд Соуэрс оглядел ждущие, немного озадаченные лица в толпе. Вероятно, только один или двое знали, что скрывалось за этими словами.

Соуэрс быстро принял решение.

- Что странного в том, что я удивился?! Я же услыхал об этом в первый раз... вроде как огорошила меня Мэри. Сдается, я слегка взбрыкнул. - Он усмехнулся Йорку. - Пусть она едет домой, устраивается там, а потом можно и познакомиться. Если ты тот человек, что ей нужен, я первый буду радоваться. - Он повернулся, наклонившись за чемоданами. - Ну, поехали на ранчо!

Чик поймал взгляд девушки и едва заметно покачал головой. Она насупила брови, однако обратилась к Соуэрсу.

- Прошу вас! Я хочу остаться в городе всего на одну ночь. Я так устала! К тому же, нужно сделать покупки, мне необходимо кое-что из вещей.

Соуэрс заколебался, с трудом подавив сердитый протест.

Боудри повернулся, чтобы уйти, но обнаружил, что стоит лицом к лицу с Диком Рубином.

- Убирайся из города, - сказал Рубин. - Пеняй на себя, если я увижу тебя после рассвета.

Рубин не стал ждать ответа и затерялся в толпе. Когда Рубин отошел, Боудри обратил внимание на остальных пассажиров, вылезших из дилижанса. Все они были горожанами. Один мужчина - высокий, седой, приятной наружности, другой - пониже, с широким твердым подбородком и с сигарой в крепко стиснутых зубах.

Мужчина пониже подошел к Боудри. - Чик Боудри? Меня зовут Пат Хенли, агент Пинкертона.* Меня нанял Тагвелл Гейтсби, вот он. У вас есть для нас новости?

Чик знал: если что-нибудь случится, то это случится сейчас. Соуэрс не смирится с поражением. Но теперь, несмотря на свое богатство, он будет вынужден прикрывать свои действия видимостью законности. Раньше был один закон - закон Соуэрса, теперь страна повзрослела, и стандарты изменились.