От удивления у Чика Боудри перехватило дыхание. Она была точной копией женщины с дагерротипа, лежащего у него в кармане: очень красивая, самая настоящая леди.

Затем он перевел взгляд на Мэда Соуэрса и увидел, что тот тоже поразился сходству дочери с матерью. Затем изумление сменилось торжеством и каким-то животным нетерпением. Соуэрс протолкался вперед. Его клетчатая рубашка - не первой свежести - была расстегнута наполовину, обнажая широкую волосатую грудь.

- Привет, Мэри! - сказал он. - Я Мэд Соуэрс, твой опекун!

Мэри? Почему Мэри?

Она весело улыбнулась в ответ, но Боудри стоял достаточно близко, чтобы разглядеть в ее глазах тревогу.

- Рада вас видеть, - сказала она. - Но я не помню вас. Я была такой маленькой.

- Ерунда. - Он поправил ремень на выпирающем брюхе. - У нас ты будешь чувствовать себя как дома. Погоди, вот доберемся до ранчо. Ты мне стоила кучу денег, но, похоже, ты их окупишь.

- Благодарю вас. - Она обернулась к высокому симпатичному юноше, стоящему чуть сзади. - Мистер Соуэрс, позвольте представить вам Стивена Йорка, моего жениха.

Рука Мэда Соуэрса замерла на полпути к руке юноши. Лицо его потемнело от гнева.

- Кого, кого?! - взревел он.

Йорк сделал шаг вперед.

- Я могу понять ваше удивление, мистер Соуэрс, но мы решили, что лучше сказать все сразу. Мы с мисс Мейсон хотим пожениться.

- Пожениться? - Лицо Соуэрса исказилось от ярости и обиды. - Черта с два! Я потратил на нее кучу денег не для того, чтобы ты забрал ее у меня!

Чик Боудри выступил вперед, в середину собравшейся толпы.

- А для чего вы ее растили, Соуэрс?

Мэд Соуэрс нетерпеливо повернулся, впервые обратив внимание на Боудри и увидев, что вокруг собралась толпа зевак.

- Ты кто? - потребовал он.

- Просто любопытный, Соуэрс. - Чик медленно оглядел лица Рубина, Морела, Хенсмена и Бойера. - Странно, что вы так сердитесь только потому, что ваша подопечная нашла себе молодого человека.