- Я тут хотел кое-что сказать Хенли, когда вы вошли. Человек по имени Соуэрс носит на часовой цепочке китайский брелок, который я подарил Сэму в шестьдесят седьмом году. Я узнал его.

Боудри вышел из комнаты и направился к номеру Карлотты. Для него она продолжала оставаться Карлоттой, несмотря на то, что теперь ее называли Мэри Соуэрс.

Он постучал, подождал ответа и снова постучал, на этот раз громче. В коридор вышел Хенли и посмотрел в его сторону. У Боудри возникло нехорошее предчувствие, он рванул дверь.

Комната была пуста!

- Хенли! Йорк! Ее здесь нет!

Стремглав сбежав по лестнице в холл, Боудри услышал топот копыт. Он быстро отворил входную дверь, по улице мимо него промчались Соуэрс и Люк Бойер. Девушка скакала между ними.

Выскочив на улицу, Чик заметил, что на другой стороне, в переулке, Морел поднимает к плечу винтовку. Реакция была мгновенной: в тот момент, когда ложе винтовки коснулось плеча Морела, пуля Боудри вошла ему точно в переносицу.

До конюшни было добрых сотни две ярдов, да и чалый стоял расседланный. У коновязи Чик увидел великолепного вороного и, не раздумывая, отвязал поводья и вскочил в седло. Сломя голову он понесся по улице, в то время как остальные выскочили из отеля.

Сзади загрохотали выстрелы, и рядом с головой Чика провизжала пуля, а впереди клубилось облако пыли, поднятое похитителями Карлотты.

Дик Рубин с Хенсменом все еще оставались в городе. Сообща они могли разделаться с Йорком, Хенли и Гейтсби, и если никто не подаст в суд, бандиты смогут избежать наказания и продолжать свои дела.

Боудри мог предположить, что будет делать Соуэрс, если доберется до ранчо, где его ждали остальные головорезы. Жители городка понятия не имели об уликах против него. А когда уберут свидетелей, все так и будут думать, что Соуэрс опекун Мэри и преступление останется безнаказанным.